Древнейший народ Сибири

Буряты в настоящее время являются одним из наиболее крупных по численности народов среди коренного населения Сибири. Согласно переписи 1979 года всего бурят в Советском Союзе насчитывалось 356 тысяч человек. Основная масса бурят (около 95%) сейчас проживает на территории Бурятской АССР, Читинской и Иркутской областей. Современная территория их расселения представляет собой довольно обширную полосу таежной и лесостепной зоны, простирающейся от г. Нижнеудинска на западе до верховьев Амура на востоке.

Буряты, как этническая общность, прошли сложный и длительный путь исторического развития. Территория их нынешнего расселения — Прибайкалье — была издавна своеобразной контактной зоной между сибирской тайгой и центрально-азиатской степью, где проживали различные племена и народы, где в течение многих веков разворачивались бурные этнические и политические события, имевшие влияние далеко за пределами региона.

Сложные этнические процессы, длительно протекавшие, на территории Прибайкалья, доказали соответствующее воздействие на процесс формирования бурятской народности, тесно связав его с судьбами других народов. Буряты как народность сложились из различных этнических групп. Имеющиеся данные позволяют говорить о наличии в их составе монгольских, тюркских, тунгусских, самодийских и, возможно, других этнических компонентов. Наиболее ранние связи у предков бурят прослеживаются с тунгусскими племенами, когда и те, и другие обитали еще в лесной зоне и вели охотничье-рыболовческий образ жизни. По имеющимся данным, в составе бурят насчитывается около двух десятков этнических компонентов тунгусского происхождения, что, примерно, составляет 10% к общему числу всех бурятских родоплеменных групп. Думается, эта цифра еще не в полной мере отражает истинные масштабы, и роль тунгусского компонента в процессе формирования бурят. В действительности можно говорить о наличии в их составе достаточно мощного субстрата тунгусского происхождения. Например, такие существенные признаки фонетического строя бурятского языка, как наличие фарингального «H» (h), особенности произношения (более замедленный темп речи по сравнению с другими монгольскими языками) и т.д. возникли, по мнению ряда исследователей, как результат языкового взаимодействия с эвенками. Такой вывод подтверждается и данными антропологии. Специфика физического типа бурят, особенно западных по сравнению с остальными группами монголов заключается, прежде всего, в наличии у них значительной примеси байкальского антропологического типа, являющегося характерным для эвенков.

Не менее тесные этнические связи существовали у предков бурят с тюркскими племенами. Многое из тюркского культурного наследия является общим достоянием всех монгольских народов. Вместе с тем в языке и культуре бурят явственно проглядываются черты, присущие только им. Это, с одной стороны, могло быть результатом тесных контактов с предками современных тюркскоязычных народов южной Сибири и якутов в более позднее время. Наряду с этим есть факты, свидетельствующие о непосредственных связях протобурят с древнетюркскими племенами, связанными с носителями курумчинской культуры в Прибайкалье. Тюркские по происхождению компоненты прослеживаются в составе всех основных этнических групп бурят, особенно западных.

Вместе с тем не подлежит сомнению, что основным ядром народности, . сплотившим вокруг себя разные этнические группы, являлись монголоязычные племена. Поэтому вопрос об их происхождении является важнейшим в этногенезе бурят.

Анализ имеющихся материалов позволяет нам достаточно определенно высказаться о недостаточной обоснованности существующих точек зрения о возможности пребывания монголоязычных племен в Прибайкалье еще с эпохи неолита и ранее. По мнению многих современных, исследователей, становление протомонгольской этнической общности происходило в основном в пределах горно-таежной зоны, охватывающей районы Верхнего и, возможно, в какой-то мере Среднего Приамурья.

Начало широкого расселения монголоязычных племен можно приурочить к рубежу первый раннеклассовых объединений кочевого мира Центральной Азии. Конкретно рассматриваемое событие с определенной долей вероятности может быть связано с периодом возвышения сяньби, основное этническое ядро которых большинство исследователей считают протомонгольским. Однако, на наш взгляд, монголоязычные племена, несмотря на начавшееся расселение, вплоть до конца 1 тыс. н. э. продолжали находиться в пределах северной периферии центральноазиатских степей. Таким образом, вряд ли можно полностью согласиться с утверждениями о том, что усиление сяньби и замена ими хунну на политической арене Центральной Азии повлекло за собой повсеместное вытеснение тюркоязычных племен из данного региона. Речь, по-видимому, может идти только о смене политической власти в рассматриваемом регионе, но не этнической структуры населения. По всей вероятности, аналогичная ситуация сохранилась и в последующую эпоху — эпоху возвышения жужаней, которых многие исследователи также относят к числу древнемонгольских племен.

Вместе с тем можно предположить, что часть древнемонгольских племен уже где-то к середине 1 тыс. н. э. оби тала в районе озера Байкал. В древнемонгольский период (VI-X вв. н. э.) в Прибайкалье получают распространение памятники курумчинской культуры, охватывающей верховья Лены и Ангары, низовья Селенги и долину Баргузина. Носителей курумчинской культуры большинство исследователей отождествляют с курыканами орхонских рунических надписей (или гулиганями китайских летописей). Тюркское происхождение их исконного этнического ядра в целом не подлежит сомнению.

Наряду с курыканами упоминаются так называемые байырку (баегу). Основная территория их расселения может быть локализована в пределах современной Баргузинской долины в Забайкалье. По мнению лингвистов, древнетюркский этноним байырку вполне сопоставим с позднейшим монгольским баргут. Как выяснилось, тюркское байырку имеет то же значение, что и монгольское барга — «грубый, примитивный, стародавний». Говоря о племенах баргут, хори и тулас, персидский историк Рашид-аддин сообщает о них следующее: «Эти племена близки друг с другом. Их называют баргутами вследствие того, что их стойбища и жилища (находятся) …на самом деле, на краю местностей и земель, которые населяли монголы и которые называют Баргуджин-Токум». Насколько можно судить из приведенного отрывка, первоначально этноним баргут представлял собой обобщенное наименование определенной группы племен, независимо от их исконной этнической принадлежности. Из среды баргутов вышло также племя тумат. В этой связи, как нам кажется, особый смысл приобретает содержание древней бурятской легенды о Баргу-баторе, у которого, якобы, имелись сыновья Бурядай, Хоредой, иногда к ним прибавляется Оледой. Не следует ли данное обстоятельство рассматривать как определенное свидетельство о том, что те этнические группы, которые составили впоследствии основу древнебурятских племен, могли выступать в свое время или байырку древнетюркской эпохи, или под общим именем баргут.

Таким образом, можно предположить, что именно байырку древнетюркского времени представляли собой те древнемонгольские племена, которые оказались в то время па территории Прибайкалья и стали впоследствии основой протобурят. Эти древнемонгольские племена, по всей вероятности, в течение нескольких столетий были вынуждены находиться в тесном контакте и окружении тюркской этнической среды, что выглядит вполне объяснимым в условиях всеобщего господства тюрков в Центральной Азии. «Создается впечатление, — писал, в частности, якутский лингвист Н. К. Антонов, — что в обществе древних якутов с родовым строем богатую, господствующую прослойку населения составили тюркскоязычные племена, а бедная трудящаяся, подчиненная сторона была преимущественно монголоязычной». Не меньший интерес представляют результаты анализа других тематических групп лексики якутского языка. Так, при знакомстве с ними создается впечатление, что у предков якутов во времена первого соприкосновения с северной таежной природой не было необходимости создавать свою собственную «лесную» терминологию, а восприняли ее в готовом виде у монголоязычных народов. Примечательно, что эти выводы вполне согласуются с материалами бурятских лингвистов — Ц. Б. Цыдендамбаева, В. И. Рассадина, других. Следовательно, ко времени появления тюркскоязычных предков якутов в более северных районах, в том числе в Прибайкалье, здесь уже обитали какие-то группы лесных монголоязычных племен.

С притоком новых групп монголов в XI-XIII вв. начался процесс усиления монголоязычного этнического ядра в составе местных племен Прибайкалья. Тюркские племена частью были оттеснены в более северные и западные районы, а частью были поглощены пришельцами, став составной частью будущей бурятской народности.

Интенсивный процесс перетасовки и перемещения племен и народов, имевший место в рассматриваемую эпоху, затронул, разумеется, не только тюркские по происхождению племена. Например, часть хоринцев или хоритуматов, как они часто упоминаются в источниках того времени, оказались среди современных якутов. Кроме того, значительная их часть была передана во владение Худуха-бека, ставшего союзником Чингисхана.

Сложные перипетии дальнейшей исторической судьбы хоринцев, да и других бурятских племен, остаются пока не вполне выясненными. Согласно летописям хоринцев, к концу XVI в. они оказались уже во Внутренней Монголии, откуда в смутное время периода феодальных междоусобиц и маньчжурских войн к началу XVII в. стали выходить в пределы современного Забайкалья, постепенно распространяясь до западного побережья оз. Байкала. Другими наиболее крупными родоплеменными группами бурят в начале XVII в. были булагаты, эхириты, хонгодоры. После вхождения Бурятии в состав России по р. Селенге и ее притокам образовывается еще одна группа бурят, известная в исторической литературе как «селенгинские» буряты, основу которых составляли роды собственно монгольского и западно-бурятского происхождения. Соответствующие условия для окончательной консолидации бурятских племен в единую народность возникают уже после прихода русских. Этот процесс завершился в основном к началу XIX века.

Сотрудник института общественных наук

Бурятского филиала Сибирского отделения Академии наук СССР,

кандидат филологических наук Д. Д. Нимаев.

Нимаев, Д. Д. Древнейший народ Сибири // Знамя Ленина. – 1990. — № 49 (30 марта). – С. 4.